Император николай i — тайны и факты

Скончался Император Николай I :: Издательство Русская Идея

18.02.1855 (3.03). – Скончался Император Николай I

Светлой памяти «жандарма Европы»

Имя Государя Императора Николая I (25.6.1796–18.02.1855)стоит в ряду наиболее оклеветанных русских правителей. Он был оклеветан и современниками и историками ­ западными, либеральными российскими, и, разумеется, советскими.

Все они всегда дружно чернили тех, кто старался сохранить традиционные национальные устои общества и сопротивлялся насаждаемому безбожному либерализму под названием «прогресса».

Императору Николаю I удалось выполнить политические замыслы своего отца Павла I, убитого в результате масонского заговора за попытки стать самодержавным, общенародным царем и править в интересах всех слоев народа, а не одного только «вольного дворянства».

Таким общенародным Царем-самодержцем, избавившимся от опеки промасоненных дворянских кругов, стал Николай Павлович. Он родился 25 июня 1796 г. и был третьим сыном Императора Павла Петровича. Рос удивительно крепким физически, спокойным, уравновешенным мальчиком. В 1817 г.

женился на старшей дочери прусского короля Фридриха Вильгельма II принцессе Шарлотте Фредерике-Луизе, принявшей после присоединения к Православию имя Александры Федоровны (семеро их детей обезпечили в дальнейшем многочисленное потомство Романовых, в том числе по женским линиям – также и во многих европейских династиях).

Вступление Государя Николая I на престол омрачилось мятежом декабристов. Тогда было объявлено, что его брат Император Александр I скончался 19 ноября 1825 г. (хотя скорее всего это не соответствовало действительности: он ушел из мірской жизни и впоследствии с ним обоснованно связывали появление в Сибири старца Кузмича).

Войска по установленному порядку сразу же принесли присягу второму сыну Императора Павла I Константину Павловичу как законному наследнику. Ибо никому не было известно о заблаговременном отречении Константина от прав престолонаследия еще в 1822 г. по причине неподобающего и неравнородного брака (второго) с католичкой, нарушившего фамильные законы.

Сам Константин после смерти Александра сразу принес присягу своему младшему брату Николаю Павловичу.

Возникшей двусмысленностью воспользовались масонские заговорщики. Когда 14 декабря должна была приноситься еще раз присяга Петербургского гарнизона – уже Императору Николаю Павловичу, два гвардейских полка, обманутые своими офицерами, подняли восстание и вышли на Сенатскую площадь. Бунт был легко подавлен.

Следствие установило причастность заговорщиков к масонским ложам, связанным с западными «братьями», выяснились их намерения истребить всю Императорскую Фамилию и перестроить Россию по западным масонским планам.

Суд приговорил к смертной казни 36 человек, но Государь помиловал большинство, изменив приговор на ссылку в Сибирь, казнены были только пятеро главарей (имена которых по сей день, к сожалению, украшают улицы русских городов).

После подавления мятежа Император Николай I принял необходимые меры безопасности, доставившие ему прочную славу реакционера: закрыл все обнаруженные масонские ложи (они были запрещены еще при Александре I в 1822 г.

, но продолжали тайно действовать), усилил военно-бюрократический аппарат, централизовал административную систему, учредил политическую полицию (Третье отделение Собственной его императорского величества канцелярии), установил цензуру на печатные издания. В 1833 г.

Государь Николай I упорядочил и ввел в действие Свод Законов Российской Империи (в 15 томах), подготовленный М.М. Сперанским. Эти законы, впоследствии дополнявшиеся, юридически действительны по сей день.

При Императоре Николае I появился также наш Русский государственный гимн «Боже, Царя храни!», созданный в том же 1833 г. композитором А.Ф. Львовым на слова В.А. Жуковского.

Государь Николай I работал по 16-18 часов в сутки, стараясь вникать лично во все детали государственного управления и жизни общества. Он и в других ценил работоспособность, дисциплину, исполнительность и потому предпочитал назначать на руководящие должности чиновников из военных, которые строили работу своих учреждений на военный лад.

Это обезпечивало исправную работу государственной машины, но такая бюрократизация управления породила и немало уродливых явлений в обществе, что было описано, например, Гоголем в «Мертвых душах» и, конечно, в знаменитом разоблачительном «Ревизоре» (стоит отметить, что на премьере пьесы присутствовал сам Государь, одобривший ее – такова была «жестокая николаевская цензура»).

Иностранцы, которые вообще редко писали хорошее о России и тем более о ее наиболее державных правителях, описывали тогдашнюю русскую жизнь преимущественно в черных тонах. Книга-пасквиль отвергнутого русским обществом французского гомосексуалиста маркиза де Кюстина, вышедшая в 1839 г.

– наиболее знаменитый тому пример. В этой традиции было принято писать о Царе Николае I как о глупом и грубом солдафоне. Однако английский посол в России Лофтус в 1840 г.

увидел русского «варвара» совсем другим: «В Императоре Николае было что-то удивительно величественное и внушительное; несмотря на его суровый вид, он поражал пленительной улыбкой, и его манеры были приятны.

Вообще это был благородный, великодушный человек, и все близко его знавшие питали к нему преданную любовь. Его суровость объяснялась не желанием быть жестоким, а убеждением, что следовало в то время управлять всем светом твердой, железной рукой».

Благородство русского монарха очень наглядно проявилось в его отношении к Пушкину и его почти  декабристскому вольнодумству. Вопреки инсинуациям советских историков, Император Николай I высоко ценил Пушкина и тяжело переживал его приближающуюся смерть. Близкий к Государю П.Д.

Киселев отметил, что после смертельного ранения поэта на дуэли Его Величество сказал: «Я теряю в нем самого замечательного человека в России». В записке поэту Николай I написал: «Если Бог не велит нам уже свидеться на здешнем свете, посылаю тебе мое прощение и мой последний совет умереть христианином [дуэли были строжайше запрещены с запретом отпевания погибших как самоубийц.

– М.Н.]. О жене и детях не безпокойся, я беру их на свои руки». Жуковский, привезший это письмо Государя, писал потом, что Пушкин просил его: «Скажи Государю, что я желаю ему долгого, долгого царствования, что я желаю ему счастия в его сыне, что я желаю ему счастия в его России». Друзьям Пушкин перед смертью признавался: «Жаль, что умираю: весь его был бы», – имея ввиду Царя.

Государь заплатил все долги Пушкина и взял на себя материальную заботу о многочисленной семье поэта.

Николай I обладал не только крепким здоровьем, но и нравственно крепким здравым смыслом.

Он считал, что здоровое общество следует строить в строгой гармонии сословий по модели патриархальной семьи, где каждый имеет свое назначение, младшие члены семейства безпрекословно подчиняются старшим и за все отвечает глава семьи – отец, с которым он отождествлял Самодержца.

Иерархическим оформлением этого идеала стала знаменитая «уваровская триада», три священных начала Российского государства: Православие–Самодержавие–Народность – эта триада позже стала знаменем русских народных сил в сопротивлении революции.

Как ни «проста» она кажется тем, кто не особенно чтит эти основополагающие ценности, – она представляет собой их верную иерархию, значимую также и в наши дни (что легло в основу воссоздания в 2005 году Союза Русского Народа).

Свое самодержавное правление Государь Николай Павлович ощущал как исполнение долга Помазанника перед Богом, как обязанность вести народ вместе с Церковью к спасению в Царстве Божием. В своем служении Богу он видел и смысл жизни: «Я смотрю на человеческую жизнь только как на службу, так как каждый служит».

Поэтому, хотя принцип симфонии, нарушенный Петром I, и не существовал более официально, он во многом осуществлялся в государственной практике.

Николай I улучшил статус и материальное обезпечение духовенства «в твердой уверенности, что добрые христианские нравы составляют первое основание общественного благоденствия, а нравы нуждаются наставлениями и примером духовенства» (Указ от 11.01.1828).

В личной жизни и сам Император подавал пример благочестия, чему удивлялись непривычные к Православию иностранцы.

Так, прусский посол в Англии Бунзен писал о посещении русским Императором храма в Берлине в 1844 году: «В посольской церкви шла обедня и читались молитвы с коленопреклонением.

Император остался у входа и, сделав знак, чтобы никто не вставал, сам опустился на колени…». Бунзен поражался: «В каждом вершке виден в нем Император».

Именно глубокая религиозность Государя с самого начала царствования побуждала его разрешить и больной вопрос о крепостном праве.

Он создал 11 секретных комитетов по этому вопросу, однако в итоге пришел к такому выводу: «Нет сомнения, что крепостное право в нынешнем его положении у нас есть зло, для всех ощутительное и очевидное, но прикасаться к нему теперь было бы делом, еще более гибельным».

Поэтому, полностью подготовив почву для отмены крепостного права, он ограничился умеренной реформой графа П.Д. Киселева, оставив окончательное решение проблемы своему сыну Императору Александру II.

Оказывая покровительство и защиту христианским народам Кавказа и Балкан, Государь Николай I значительно расширил территорию России после войн с Персией (1826-1828) и Турцией (1828-1829). В 1829 г. генерал Дибич взял Адрианополь, а граф Паскевич – Карс и Эрзерум, была достигнута независимость Греции и автономия Сербии, Молдавии и Валахии.

К России переходило все восточное побережье Чёрного моря от устья Кубани до пристани св. Николая с крепостями Анапа, Суджук-кале и Поти, а также города Ахалцихе и Ахалкалаки.

Турция признавала переход к России Картли-Кахетинского царства, Имеретии, Мингрелии, Гурии, а также Эриванского и Нахичеванского ханств (переданных Ираном по Туркманчайскому миру).

Западные державы всячески стремились воспрепятствовать этому усилению России. По их интригам в 1830 г. началось восстание в Польше, которое хотя и было подавлено этими же генералами, но ослабило результаты Русско-турецкой войны.

В 1833 г. Россия заключила с Турцией Ункяр-Искелесийский договор, по которому Турция обязывалась закрывать по требованию России черноморские проливы (Босфор и Дарданеллы) для иностранных военных судов (договор отменен в 1841 г.).

В 1848 г. только вмешательство Русской армии предотвратило победу организованной еврейскими банкирами цепи «прогрессивных» революций в Европе и гибель Австро-Венгерской монархии, за что Царь Николай I получил от революционеров кличку «жандарм Европы».

Этот презрительный ярлык был в сущности почетным признанием мiровой закулисой того факта, что Россия – удерживающий (в смысле слов апостола Павла), препятствующий распространению міровой «тайны беззакония». Это очень проницательно выразил тогда Ф.И. Тютчев, хорошо знавший Европу по своей долгой дипломатической службе там:

«Давно уже в Европе существуют только две действительные силы – революция и Россия. Эти две силы теперь противопоставлены одна другой и, быть может, завтра они вступят в борьбу.

Между ними никакие переговоры, никакие трактаты невозможны; существование одной из них равносильно смерти другой! От исхода борьбы, возникшей между ними, величайшей борьбы, какой когда-либо мiр был свидетелем, зависит на многие века вся политическая и религиозная будущность человечества» («Россия и революция», 1848).

Точно так же в царствование Государя Николая I удерживающую роль России как своего главного врага осознали основоположники марксизма: «…нам было ясно, что революция имеет только одного действительно страшного врага – Россию»; роль России – «роль предназначенного свыше спасителя порядка».

В те годы Маркс писал в «Новой Рейнской газете» (органе «Союза коммунистов»): «Россия стала колоссом, не перестающим вызывать удивление. Россия – это единственное в своем роде явление в истории: страшно могущество этой огромной Империи… в мiровом масштабе».

«В России, у этого деспотического правительства, у этой варварской расы, имеется такая энергия и активность, которых тщетно было бы искать у монархий более старых государств». «Славянские варвары – природные контрреволюционеры», «особенные враги демократии».

Марксу вторил Энгельс: Необходима «безжалостная борьба не на жизнь, а на смерть с изменническим, предательским по отношению к революции славянством… истребительная война и безудержный террор». «Кровавой местью отплатит славянским варварам всеобщая война».

«Да, ближайшая всемiрная война сотрет с лица земли не только реакционные классы и династии, но и целые реакционные народы, – и это также будет прогрессом!».

Для подготовки внутреннего оружия в такой войне против удерживающей России еврейский Финансовый Интернационал именно в царствование Государя Николая I создал разрушительное коммунистическое движение, финансируя подготовку «Манифеста коммунистической партии» Маркса-Энгельса (1848).

И на внешнем фронте міровая закулиса собирала воедино все антирусские силы. Очередной (после нашествия Наполеона) репетицией Міровой войны апостасийно-христианских демократий против православной России, на этот раз уже в союзе с мусульманской Турцией, стала Крымская война (1853–1856).

После первых блестящих побед русского оружия (разгром турецкого флота адмиралом П.С. Нахимовым при Синопе) европейские «христианские» державы напали на «жандарма Европы».

Был атакован не только Крым, но и российские укрепления в Балтийском море (Аланские острова и финское побережье), в Белом море (Соловецкий монастырь и Архангельск), Петропавловск-Камчатский, а на Кавказе в спину русским ударили горские отряды Шамиля – союзника Турции и Англии.

У России не оказалось союзников – предала даже спасенная русской армией австрийская монархия, и германская тоже. Несмотря на героическую оборону пал Севастополь, война завершилась поражением России. (Об этой войне мы пишем подробнее в другом месте календаря.)

Император Николай Павлович скончался еще в ходе войны от воспаления легких, осложненного гриппом.

По его требованию, врач дал клятвенное обещание не скрывать признаки приближающейся смерти, известие о которой Государь воспринял спокойно, приказал отправить прощальные телеграммы в оборонявшийся Севастополь и Москву, пригласил сына-наследника для последнего напутствия: «Держи всё, держи всё», гренадеров и слуг своих (с каждым попрощался лично), затем духовника для исповеди и приобщения Святых таин. Удерживающий Император Николай I отошел ко Господу 18 февраля 1855 г., с улыбкой, торжествуя над приблизившейся смертию, и с молитвой: «Ныне отпущаеши раба Твоего, Владыко, по глаголу Твоему с миром».

(Использована работа Н.Д. Тальберга «Человек вполне русский»)

Постоянный адрес страницы: https://rusidea.org/25030301Оставить свой комментарий

Источник: https://rusidea.org/25030301

К 99-летию дома виндзоров. загадочный 1917 год и тайна имени и отречения императора николая ii

Фото из открытых источников

В 1917 году состоялся ряд интереснейших событий – крайне судьбоносных для Мира, то есть для планеты Земля. 

Во-первых, в 1917 году состоялось два акта приобретения фамилий ранее безфамильными правящими домами Англии и Российской империи.

С 1917 года получили себе фамилию псевдорусские «Романовы» – появился «Дом Романовых». Причём это наименование построено не на монархических правилах, а почему-то на законах Временного правительства, которое к монархии никакого отношения не имеет.

И 17 июля того же, 1917 года получили себе фамилию псевдо-английские «Виндзоры» – был учреждён «Дом Виндзоров».

Сегодня историки привычно оперируют этими фамилиями, углубляясь в века, но надо быть всё-таки точными. А то получится, как с Древним «Египтом»: Египта не было, но построили его «египтяне».

Так и в случае с «Романовыми» и «Виндзорами» – в историческом контексте правильно использовать их настоящие, монаршие фамилии, а не эти поздние прозвища. Например, по официальной версии, те же Виндзоры взяли свою «фамилию» от названия их же собственного замка. 

Во-вторых, 28 октября (10 ноября) того же, 1917 года было восстановлено звание Патриарх Московский и всея Руси. И это произошло, спустя всего 3 дня после свершения Октябрьской революции!

А, в-третьих, 25 октября (7 ноября) 1917 года свершилась она – Октябрьская революция.

**Династия возникла из ниоткуда, 99 лет назад!?

«Согласно прокламации 1917, членами дома Виндзоров были объявлены потомки королевы Виктории и принца Альберта по мужской линии, являющиеся британскими подданными, за исключением женщин, вышедших замуж за членов других фамилий. В настоящее время все члены дома Виндзоров являются потомками сыновей короля Георга V.  (Он же — Николай ll .RA) 

В 1952 королева Елизавета II издала прокламацию, согласно которой её потомки, хотя и не являются потомками королевы Виктории и принца Альберта по мужской линии, продолжают принадлежать к дому Виндзоров.»  

Рассмотрим подробней.

Но началась вся эта катавасия для Российской империи со странного и, по многим оценкам, крайне низкого по императорским меркам события – 2 (15) марта 1917 года император Николай II отрёкся от престола. Он передал права наследования великому князю Михаилу Александровичу, а тот, в свою очередь, уже на следующий день, 3 (16) марта 1917 года, обнародовал крайне странный «акт».

Князь Михаил выпустил манифест, в котором сообщил, что не принял переданный ему Николаем II престол, но и не отказался от наследования.Однако он почему-то поставил своё намерение принять верховную власть в зависимость от некоего «Учредительного собрания», которое почему-то должно было выявить некую «волю народа» о форме правления в Российской империи.

Согласитесь, выглядит всё это как-то не по-императорски и не по-государственному. Триста лет до этого те же самые Романовы никак не учитывали волю народа, а вот теперь вдруг зачем-то понадобилось…

Плакат 1900 года изображающий Николая ll  и Российскую Империю, как мирового спрута.

Понять эту историческую мифологию поможет имя Николая II – в нём народная мудрость зашифровала смысл произошедших в 1917 году событий.

«Традиционная» версия говорит: Николай (Никола) – это мужское двухосновное личное имя греческого происхождения; восходит к др.-греч. Νικόλαος (νικαο – «побеждать» и λαός – «народ»).

Однако в греческом языке не существует определения народа через «-лаос», хотя есть фамильярное обращение «Николавра», где вторая половина является обозначением людей: греч.

Λαύρα – «городская улица, многолюдный монастырь».

Зато в немецком (романовском) языке есть прямое определение: Leute – «народ». Если учесть, что греческую мифологию создавали в Римской (немецкой) империи в XVIII – XIX веках, то вполне допустимо получить «по-гречески» из новогреческого νίκη – «победа» и немецкого Leute – «народ» имя «Победитель народов».

Есть и зеркальная калька имени Николай – Люцифер: на языке суахили fora – «победа», крым.-татар. zafer – «победа», то есть получаем Leutefora или Leutezafer – Народ-победитель.

Чтобы разобраться в имени Николай, обратимся к мифам. В них Николай – отрицательный персонаж, а Люцифер – положительный персонаж (в религии – наоборот). Николай – это убийца народа, Люцифер – сам народ-победитель или защитник народа.

В русской мифологии эта пара идёт в ряду парных имён – таких, как Минин (Миколай) и Пожарский (Люцифер), Пашко и Зажога и т.д. Даже в черте Москвы существует противостояние улиц: Никольская – к северу от центра, Люсиновская – к югу.

На пару Николай и Люцифер и вошли в мифологию новогодних празднеств. В католических странах в ночь с 5 на 6 декабря Люцифер (святой) и Николай стал прообразом парного имени Санта-Клаус.

В Чехии и Словакии Николай (Микулаш) в платье епископа ходит в сопровождении Люцифера (ангела).

В альпийском регионе (Австрия, Южная Бавария, Венгрия, Словения, Чехия, Словакия, северные области Италии и Хорватия) спутником святого Николая является Крампус (дьявол), то есть Дый, Зевс, Бог.

Переход от Лета к Зиме, от СВЕТА к ТЬМЕ в мифологии праздника показан, как переход от Люцифера (5 декабря, нем. Krampuslauf – «День Крампуса») к Николаю (6 декабря, нем. Nikolotag – «День Николая»). Позже, уже в религии, понятия Люцифера и Николая были собраны в одном наименовании праздника – Святой (т.е. Люцифер) Николай.

Поскольку после зимы наступает лето, то и праздники отобразили это явление. Если в декабре зима-Николай побеждает лето-Люцифера, то весной всё происходит наоборот – лето-Люцифер побеждает зиму-Николая.

Архангел Люцифер до падения по христианской доктрине

«Поверженный Демон»  Врубеля

Церковь, превращая в религию календарные праздники, назвала Николая чудотворцем – за совершенное им неисчислимое количество «чудесных воскрешений из мертвых», то есть за ежегодные воскрешения…

Если зимний праздник Николая отмечается 6 декабря, то весенний – отмечается 9 (22) мая. В этот день Красный Рыцарь Георгий-Люцифер приносит на Землю Свет и побеждает Чёрного Змея Велеса-Николая.

Именно отсюда и берёт своё начало традиция отмечать День Победы 9 мая. Парад Победы – Ники (Николая) – в прежние времена устраивался на Красной поляне близ Сочи, там, где и состоялись Олимпийские игры 2014. И именно поэтому эти Игры состоялись на Красной поляне. 

После Великой отечественной войны Парад Победы перенесли в Москву – на Красную площадь.

Николай Чудотворец – это православный клон русского дракона-змея Велеса – властелина, властителя и т.д., обозначающего в мифах созвездие Дракона.

Таким образом, имя Николай мифологически рисует переход от Света к власти Тьмы. Николай – это победитель света, где свет надо понимать как общество, народ.

С другой стороны, время Николая II не вечно, после зимней тьмы тот самый, побеждённый им народ, сбрасывает Николая II, а Николай II ожидает суда и воли народа. Что в итоге и получилось.

Именно поэтому и состоялась выдуманная смерть Николая II, который на самом деле просто убежал в Англию, где и стал королём Георгом V: красная революция Люцифера прогнала с Руси чёрную монаршую власть и загнала её в самый дальний УГОЛ Земли (англия – «угол», ср. три-ангуляция – треугольность» и др.)

История монаршего дома написана по канве праздников. Стоит ли верить в такую историю? Или в такую историю только и можно – что верить…

ИЗ ИЗЛОЖЕННЫХ ФАКТОВ МОЖНО СДЕЛАТЬ ЕЩЁ ВЫВОД, что «400-летие Дома Романовых», которые НЕ ТАК ДАВНО торжественно и пышно  СПРАВЛЯЛИ В РОССИИ, ОБЫЧНАЯ историческая  — ФАЛЬШИВКА.

И Дому Романовых, как и Дому Виндзоров будет скоро 99 лет!

Источник

Источник: http://planet-today.ru/stati/vzglyad-na-istoriyu/item/51197-k-99-letiyu-doma-vindzorov-zagadochnyj-1917-god-i-tajna-imeni-i-otrecheniya-imperatora-nikolaya-ii

Тайны истории. Предпоследний император

Об Александре III сложено много мифов. Кто-то считает его «самым русским царем», кто-то – душителем свобод и алкоголиком. Каким он был на самом деле, «Собеседнику» рассказал Александр Мясников – историк и писатель, автор биографии Александра III в серии «Жизнь замечательных людей». 

«Пусть меня ругают, и после моей смерти еще будут ругать, но, может быть, наступит тот день, наконец, когда и добром помянут…»

Александр III

Не прятал он выпивку в голенище!

– Советская и дореволюционная пропаганда сделала из Александра III некое пугало. Писали, что он такой страшный, антиреформы проводил. И весь этот набор мифов и штампов до сих пор существует во всех учебниках. Например, рассказывают, что во время крушения поезда в Борках он якобы держал крышу вагона, пока все не выбрались наружу.

Этого, конечно, быть не могло, потому что крыша весит 23 тонны. Или что он был большим любителем выпить, поэтому носил сапоги, в голенища которых прятал фляжки. На самом деле первым придумал прятать фляжки (с одеколоном!) в сапоги Наполеон. А у Александра III были больные почки, поэтому злоупотреблять алкоголем он не мог просто физически.

Он если когда и пил, то не водку, а шампанское, разведенное квасом – напиток, который сам же и изобрел.

– Александр III начал с закручивания гаек – запретил ряд изданий, лишил самостоятельности вузы, дал дополнительные полномочия полиции. Это похоже на наше время?

– Да, он сделал эти вещи, но как раз сегодня они очень хорошо понятны. Не будем забывать, что его отец, Александр II, был убит народовольцами. Достаточно открыть выпускавшиеся до 1917 года ежегодники или подшивку газет – и все станет понятно.

Тогда каждый день «борцы за народное право» кого-нибудь убивали – то в одном городе, то в другом, и самое неприятное, что это поддерживала интеллигенция. Александр III пошел на ужесточение борьбы со всякого рода террористами с самых первых дней своего восшествия на престол.

И надо сказать, за все время его правления никаких больших терактов не было. Самой известной была группа, в которой состоял Александр Ульянов – брат Владимира Ильича Ленина. Ульянова-старшего казнили. В советской истории этот факт преподносили как проявление кровожадности царского режима.

Но на самом деле эти «революционеры» начинили свои бомбы максимальным количеством иголок, металлических шариков, мелких предметов – пострадало бы много людей. И этих «борцов» Александр не пощадил.

Цензура при нем, конечно, была. Причем до смешного. Я помню, читал газеты времен Александра III, и меня поразил заголовок на первой полосе газеты, по-моему, «Новое время»: «Вся страна застыла в ужасе». И подзаголовок: «В городе Саратове мадам Петухова сказала, что оставляет сцену». Вот о чем писали.

Вузам серьезно ограничили автономию, так как считалось, что корни терроризма были в студенческой среде разночинцев и интеллигенции. Но в противовес Александр III сделал важную вещь – открыл по стране тысячи церковно-приходских и сельских школ, благодаря чему к началу XX века 75% детей уже были грамотными.

Платил пенсию Чайковскому

– Он вообще подчеркивал близость к простому люду – начиная с его «крестьянского» имиджа. Заигрывал с народом?

– На всех сохранившихся фотографиях Александр III в сапогах, простой рубахе навыпуск и с бородой. Это удивительно, ведь до Александра никто бороду не носил. А история с бородой достаточно неожиданна. Александра III называли «Миротворцем», так как при нем страна ни с кем не воевала.

Но сам-то он воевал – на русско-турецкой войне 1877–1878 годов. Именно после этой войны он сказал свою знаменитую фразу, что у России есть только два союзника – армия и флот, а все остальные при первой возможности нас предадут.

На войне есть бытовые проблемы, в том числе и с бритьем, поэтому Александр решил отпустить бороду, а когда вернулся в Санкт-Петербург, то решил ее не сбривать.

И он не напоказ, а на самом деле придерживался простого армейского порядка в жизни: вставал на рассвете, прогуливался, сам варил себе кофе и пил его с сушками, принимал гостей.

– Это правда, что однажды он согнул вилку и бросил ее в австрийского посла? 

– Да, австрийский посол за обедом пригрозил, что может мобилизовать два-три корпуса. Александр III взял вилку, скрутил ее в штопор, бросил на стол и сказал: «Вот что я сделаю с вашими двумя-тремя корпусами».

В этом он похож на своего любимого деда, Николая I, у которого была подобная история: когда ему сообщили, что во Франции поставили водевиль с издевками над Екатериной Второй, Николай попросил передать французскому императору, что если спектакль не снимут с репертуара, то он пошлет туда миллион зрителей в серых шинелях.

Александр был жестким, но справедливым. Это ведь именно он запретил публичные казни. Обычно его обвиняют, что он был душителем культуры и искусства.

Но первое, что он сделал, когда занял престол, – отменил монополию императорских театров и разрешил создавать частные театры, благодаря чему у нас появились МХТ и другие прекрасные коллективы. Особым вниманием пользовались художники.

У императора даже было негласное соревнование с Павлом Михайловичем Третьяковым – каждый из них пытался первым попасть на выставку и купить работы художников. Не зря Русский музей в Санкт-Петербурге носил имя Александра III. Царь платил пенсию П. И.

Чайковскому, чтобы тот мог спокойно заниматься музыкой, а не думать о хлебе насущном, помогал Федору Михайловичу Достоевскому, с которым они встречались – и это притом что Достоевский – каторжник. 

Дороги, банки, телефоны..

– В учебниках правление Александра называют одним словом – «контрреформы». Это справедливо?

– Принято считать, что он отменил все, что было сделано при его отце – реформаторе Александре II. Но многие вещи он делал в продолжение политики своего отца. Почти все, что мы сегодня имеем от условного «проклятого царского режима», сделал Александр III.

В Крыму он запустил строительство кораблей, благодаря чему появился мощнейший флот. Александр решил, что страна должна иметь «хребет России» – Транссибирскую магистраль, и она до сих пор самая большая в мире. Причем по его решению дорога должна была строиться только российскими рабочими и только из российских материалов. В результате вокруг этой дороги появились города и заводы.

Это то, чем мы пользуемся до сих пор. Мало того, он сделал государственными все железные дороги, что стало приносить огромный доход в казну. Петербург при нем превратился в банковский город. Первая телефонная линия появилась у Александра III в его имении в Гатчине. Создал крестьянский банк, чтобы крестьянин мог прийти и взять кредит на покупку земли.

Он делал многое, чтобы Россия стала мощной державой.

– Но расцвет оказался недолгим – уже при его сыне Николае II все достижения были уничтожены?

– Александр III умер от обострения болезни почек в возрасте 49 лет. Если бы не это, он имел бы все шансы дожить до 1917 года и дальше. Александр III не позволил бы втянуть страну в кровопролитную бойню Первой мировой войны, из-за которой стала возможна Февральская революция 1917 года. Думаю, история страны при нем была бы иная.

факты

  • Александр III не должен был стать царем. Престол готовился занять его старший брат Николай, но умер.
  • Жена царя Мария Федоровна – датчанка по происхождению, до замужества – принцесса Дагмар. 
  • Имел высокий рост (193 см) и богатырское телосложение.
  • Был страстным рыбаком.
  • В Финляндии до сих пор сохранился дачный домик Александра III. 

* * *

Материал вышел в издании «Собеседник» №26-2018.

Источник: https://sobesednik.ru/obshchestvo/20180713-tajny-istorii-predposlednij-imperator

Император Николай I. За что он был оклеветан?

Как православный Самодержавный Царь Николай I свое правление ощущал как исполнение долга Помазанника перед Богом, как обязанность вести народ вместе с Церковью к спасению в Царстве Божием. В своем служении Богу он видел и смысл жизни: «Я смотрю на человеческую жизнь только как на службу, так как каждый служит».

Во главе своей деятельности Государь Николай I ставил прежде всего Бога и с Божией помощью Николай Павлович стал Царем-самодержцем, избавившимся от опеки промасоненных дворянских кругов.

Ему удалось выполнить политические замыслы своего отца Павла I, убитого в результате масонского заговора за попытки стать самодержавным, общенародным царем и править в интересах всех слоев русского народа, а не одного только «вольного дворянства».

Кроме того, ему удалось сохранить и традиционные европейские монархии от революционных погромов.

Но в связи с этим он был жестоко оклеветан как при жизни, так и после кончины западными и российскими демократами, которые всегда чернят тех, кто хранит традиционные национальные устои общества и сопротивляется насаждаемому безбожному либерализму под названием «прогресс».

За подавление организованной еврейскими банкироами революционной смуты в европейский странах и спасение Австро-Венгерской монархии, Царь Николай I получил от западных революционеров кличку «жандарм Европы». А от российских революционеров, за наведение порядка в России получил прозвище  Николай Палкин.

Немецкий еврей Карл Маркс после разгрома европейских революций русским Императором в бессильной злобе писал: «Славянские варвары — природные контрреволюционеры», «особенные враги демократии». А Энгельс прямо призывал к уничтожению славянства к безудержному террору и  истребительной войне по отношению к русским.

Особенной злобой слуги антихриста, «пламенные революционеры» пылали к русскому монарху, Государю Императору Николаю I за разгром масонской революции в России.Как известно вступление Николая Павловича на престол омрачилось мятежом декабристов. Тогда было объявлено, что его брат Император Александр I скончался 19 ноября 1825 г.

(хотя скорее всего это не соответствовало действительности: он ушел из мірской жизни и впоследствии с ним обоснованно связывали появление в Сибири старца Кузьмича). Войска по установленному порядку сразу же принесли присягу второму сыну Императора Павла I Константину Павловичу как законному наследнику.

Ибо никому не было известно о заблаговременном отречении Константина от прав престолонаследия еще в 1822 г. по причине неподобающего и неравнородного брака (второго) с католичкой, нарушившего фамильные законы. Сам Константин после смерти Александра сразу принес присягу своему младшему брату Николаю Павловичу.Возникшей двусмысленностью воспользовались масонские заговорщики.

Когда 14 декабря должна была приноситься еще раз присяга Петербургского гарнизона — уже Императору Николаю Павловичу, два гвардейских полка, обманутые своими офицерами, подняли восстание и вышли на Сенатскую площадь. Бунт был легко подавлен.

Следствие установило причастность заговорщиков к масонским ложам, связанным с западными «братьями», выяснились их намерения истребить всю Императорскую Фамилию и перестроить Россию по западным масонским планам.

Суд приговорил к смертной казни 36 человек, но Государь помиловал большинство, изменив приговор на ссылку в Сибирь, казнены были только пятеро главарей (имена которых по сей день, к сожалению, украшают улицы русских городов).

После подавления мятежа Император Николай I принял необходимые меры безопасности, доставившие ему прочную славу реакционера: закрыл все обнаруженные масонские ложи (они были запрещены еще при Александре I в 1822 г.

, но продолжали тайно действовать), усилил военно-бюрократический аппарат, централизовал административную систему, учредил политическую полицию (Третье отделение Собственной его императорского величества канцелярии), установил цензуру на печатные издания. В 1833 г. Государь Николай I упорядочил и ввел в действие Свод Законов Российской Империи (в 15 томах), подготовленный М.М. Сперанским.

Эти законы, впоследствии дополнявшиеся, юридически действительны по сей день. При Императоре Николае I появился также наш Русский государственный гимн «Боже, Царя храни!», созданный в том же 1833 г. композитором А.Ф. Львовым на слова В.А. Жуковского. Государь Николай I работал по 16-18 часов в сутки, стараясь вникать лично во все детали государственного управления и жизни общества.

Он и в других ценил работоспособность, дисциплину, исполнительность и потому предпочитал назначать на руководящие должности чиновников из военных, которые строили работу своих учреждений на военный лад.

Это обезпечивало исправную работу государственной машины, но такая бюрократизация управления породила и немало уродливых явлений в обществе, что было описано, например, Гоголем в «Мертвых душах» и, конечно, в знаменитом разоблачительном «Ревизоре» (стоит отметить, что на премьере пьесы присутствовал сам Государь, одобривший ее — такова была «жестокая николаевская цензура»).

Иностранцы, которые вообще редко писали хорошее о России и тем более о ее наиболее державных правителях, описывали тогдашнюю русскую жизнь преимущественно в черных тонах. Книга-пасквиль отвергнутого русским обществом французского гомосексуалиста маркиза де Кюстина, вышедшая в 1839 г. — наиболее знаменитый тому пример.

В этой традиции было принято писать о Царе Николае I как о глупом и грубом солдафоне. Однако английский посол в России Лофтус в 1840 г. увидел русского «варвара» совсем другим: «В Императоре Николае было что-то удивительно величественное и внушительное; несмотря на его суровый вид, он поражал пленительной улыбкой, и его манеры были приятны.

Вообще это был благородный, великодушный человек, и все близко его знавшие питали к нему преданную любовь. Его суровость объяснялась не желанием быть жестоким, а убеждением, что следовало в то время управлять всем светом твердой, железной рукой».Благородство русского монарха очень наглядно проявилось в его отношении к Пушкину и его почти  декабристскому вольнодумству.

Вопреки инсинуациям советских историков, Император Николай I высоко ценил Пушкина и тяжело переживал его приближающуюся смерть. Близкий к Государю П.Д. Киселев отметил, что после смертельного ранения поэта на дуэли Его Величество сказал: «Я теряю в нем самого замечательного человека в России».

В записке поэту Николай I написал: «Если Бог не велит нам уже свидеться на здешнем свете, посылаю тебе мое прощение [дуэли были строжайше запрещены. — М.Н.] и мой последний совет умереть христианином. О жене и детях не безпокойся, я беру их на свои руки».

Жуковский, привезший это письмо Государя, писал потом, что Пушкин просил его: «Скажи Государю, что я желаю ему долгого, долгого царствования, что я желаю ему счастия в его сыне, что я желаю ему счастия в его России». Друзьям Пушкин перед смертью признавался: «Жаль, что умираю: весь его был бы», — имея ввиду Царя.

Государь заплатил все долги Пушкина и взял на себя материальную заботу о многочисленной семье поэта.Николай I обладал не только крепким здоровьем, но и нравственно крепким здравым смыслом.

Он считал, что здоровое общество следует строить в строгой гармонии сословий по модели патриархальной семьи, где каждый имеет свое назначение, младшие члены семейства безпрекословно подчиняются старшим и за все отвечает глава семьи — отец, с которым он отождествлял Самодержца.

Иерархическим оформлением этого идеала стала знаменитая «уваровская триада», три священных начала Российского государства: Православие-Самодержавие-Народность — эта триада позже стала знаменем русских народных сил в сопротивлении революции.

Как ни «проста» она кажется тем, кто не особенно чтит эти основополагающие ценности, — она представляет собой их верную иерархию, значимую также и в наши дни (что легло в основу воссоздания в 2005 году Союза Русского Народа).В личной жизни и сам Император подавал пример благочестия, чему удивлялись непривычные к Православию иностранцы.

Так, прусский посол в Англии Бунзен писал о посещении русским Императором храма в Берлине в 1844 году: «В посольской церкви шла обедня и читались молитвы с коленопреклонением. Император остался у входа и, сделав знак, чтобы никто не вставал, сам опустился на колени…». Бунзен поражался: «В каждом вершке виден в нем Император».

Именно глубокая религиозность Государя с самого начала царствования побуждала его разрешить и больной вопрос о крепостном праве.

Он создал 11 секретных комитетов по этому вопросу, однако в итоге пришел к такому выводу: «Нет сомнения, что крепостное право в нынешнем его положении у нас есть зло, для всех ощутительное и очевидное, но прикасаться к нему теперь было бы делом, еще более гибельным». Поэтому, полностью подготовив почву для отмены крепостного права, он ограничился умеренной реформой графа П.Д.

Киселева, оставив окончательное решение проблемы своему сыну Императору Александру II.Свое самодержавное правление Государь Николай Павлович ощущал как исполнение долга Помазанника перед Богом, как обязанность вести народ вместе с Церковью к спасению в Царстве Божием. В своем служении Богу он видел и смысл жизни: «Я смотрю на человеческую жизнь только как на службу, так как каждый служит».

Поэтому, хотя принцип симфонии, нарушенный Петром I, и не существовал более официально, он во многом осуществлялся в государственной практике. Николай I улучшил статус и материальное обезпечение духовенства «в твердой уверенности, что добрые христианские нравы составляют первое основание общественного благоденствия, а нравы нуждаются наставлениями и примером духовенства» (Указ от 11.01.

1828).Оказывая покровительство и защиту христианским народам Кавказа и Балкан, Государь Николай I значительно расширил территорию России после войн с Персией (1826-1828) и Турцией (1828-1829). В 1829 г. генерал Дибич взял Андрианополь, а граф Паскевич — Карс и Эрзерум, была провозглашена независимость Греции и автономия Сербии, Молдавии и Валахии.

Западные державы всячески стремились воспрепятствовать этому усилению России. По их интригам в 1830 г. началось восстание в Польше, которое хотя и было подавлено этими же генералами, но ослабило результаты Русско-турецкой войны. В 1833 г.

Россия заключила с Турцией Ункяр-Искелесийский договор, по которому Турция обязывалась закрывать по требованию России черноморские проливы (Босфор и Дарданеллы) для иностранных военных судов (договор отменен в 1841 г.).В 1848 г.

только вмешательство Русской армии предотвратило победу организованной еврейскими банкирами цепи «прогрессивных» революций в Европе и гибель Австро-Венгерской монархии, за что Царь Николай I получил от революционеров кличку «жандарм Европы».

Этот презрительный ярлык был в сущности почетным признанием мiровой закулисой того факта, что Россия — удерживающий (в смысле слов апостола Павла), препятствующий распространению міровой «тайны беззакония». Это очень проницательно выразил тогда Ф.И.

Тютчев, хорошо знавший Европу по своей долгой дипломатической службе там: «Давно уже в Европе существуют только две действительные силы — революция и Россия. Эти две силы теперь противопоставлены одна другой и, быть может, завтра они вступят в борьбу.

Между ними никакие переговоры, никакие трактаты невозможны; существование одной из них равносильно смерти другой! От исхода борьбы, возникшей между ними, величайшей борьбы, какой когда-либо мiр был свидетелем, зависит на многие века вся политическая и религиозная будущность человечества» («Россия и революция», 1848).Точно так же в царствование Государя Николая I удерживающую роль России как своего главного врага осознали основоположники марксизма: «…нам было ясно, что революция имеет только одного действительно страшного врага — Россию»; роль России — «роль предназначенного свыше спасителя порядка».В те годы Маркс писал в «Новой Рейнской газете» (органе «Союза коммунистов»): «Россия стала колоссом, не перестающим вызывать удивление. Россия — это единственное в своем роде явление в истории: страшно могущество этой огромной Империи… в мiровом масштабе». «В России, у этого деспотического правительства, у этой варварской расы, имеется такая энергия и активность, которых тщетно было бы искать у монархий более старых государств». Марксу вторил Энгельс: Необходима «безжалостная борьба не на жизнь, а на смерть с изменническим, предательским по отношению к революции славянством… истребительная война и безудержный террор». «Кровавой местью отплатит славянским варварам всеобщая война». «Да, ближайшая всемiрная война сотрет с лица земли не только реакционные классы и династии, но и целые реакционные народы, — и это также будет прогрессом!».Для подготовки внутреннего оружия в такой войне против удерживающей России еврейский Финансовый Интернационал именно в царствование Государя Николая I создал разрушительное коммунистическое движение, финансируя подготовку «Манифеста коммунистической партии» Маркса-Энгельса (1848).И на внешнем фронте міровая закулиса собирала воедино все антирусские силы. Очередной (после нашествия Наполеона) репетицией Міровой войны апостасийно-христианских демократий против православной России, на этот раз уже в союзе с мусульманской Турцией, стала Крымская война (1853-1856). После первых блестящих побед русского оружия (разгром турецкого флота адмиралом П.С. Нахимовым при Синопе) европейские «христианские» державы напали на «жандарма Европы». Был атакован не только Крым, но и российские укрепления в Балтийском море (Аланские острова и финское побережье), в Белом море (Соловецкий монастырь и Архангельск), Петропавловск-Камчатский, а на Кавказе в спину русским ударили горские отряды Шамиля — союзника Турции и Англии. У России не оказалось союзников — предала даже спасенная русской армией австрийская монархия, и германская тоже. Несмотря на героическую оборону пал Севастополь, война завершилась поражением России.Император Николай Павлович скончался еще в ходе войны от воспаления легких, осложненного гриппом. По его требованию, врач дал клятвенное обещание не скрывать признаки приближающейся смерти, известие о которой Государь воспринял спокойно, приказал отправить прощальные телеграммы в оборонявшийся Севастополь и Москву, пригласил сына-наследника для последнего напутствия: «Держи всё, держи всё», гренадеров и слуг своих (с каждым попрощался лично), затем духовника для исповеди и приобщения Святых Тайн.

Удерживающий Император Николай I отошел ко Господу 18 февраля (3 марта) 1855 г., с улыбкой, торжествуя над приблизившейся смертию, и с молитвой: «Ныне отпущаеши раба Твоего, Владыко, по глаголу Твоему с миром».

Источник: https://shabdua.livejournal.com/5475664.html

Что сделал для России император Николай I

Николай I не относится к любимым героям русской истории. Об этом этом императоре говорили: «В нем много от прапорщика и немного от Петра Великого». При Николае I в стране была совершена промышленная революция, а Россию на Западе стали называть «тюрьмой народов».

«Палач декабристов»

В день коронации Николая — 14 декабря 1825 года — в Санкт-Петербурге вспыхнуло восстание декабристов.

После оглашения манифеста о восхождении монарха на престол, завещания Александра и письма Константина, свидетельствующего об его отречении, Николай заявил: «…Вы отвечаете мне головой за спокойствие столицы, а что до меня, если буду императором хоть на один час, то покажу, что был того достоин».

К вечеру новому императору пришлось принять, пожалуй, одно из самых сложных решений в своей жизни: после переговоров и неудачных попыток уладить дело мирным путем, Николай пошел на крайнюю меру – стрелять картечью.

Он пытался предотвратить трагедию и поначалу не поддавался на уговоры, отказываясь применять силу: «Что же вы хотите, чтобы я в первый день моего царствования обагрил кровью моих подданных?» Ему отвечали: «Да, если это необходимо для спасения Империи».
Даже те, кто недолюбливал нового императора, не могли не признать, что «14 декабря он показал себя властелином, личным мужеством и ореолом власти действуя на толпу».

Реформатор промышленности

Если до 1831 года император еще намеревался осуществить ряд преобразований для укрепления позиций самодержавия, то последующие годы правления, завершившегося «мрачным семилетием», были отмечены крайним консерватизмом. После разгрома восстания декабристов Николай поклялся, что революция, стоявшая на пороге России, не проникнет в страну, пока в нем «сохранится дыхание жизни».

И он сделал всё, чтобы подавить малейшие проявления свободомыслия, в том числе ужесточил цензуру и усилил государственный контроль за образовательной системой (Школьный устав 1828 года и Университетский устав 1835 года).

Николаевская эпоха характеризуется и позитивными явлениями. Новый император получил в наследство промышленность, состояние которой было наихудшим за всю имперскую историю.

Поразительно, но факт: он сумел превратить ее в конкурентоспособную отрасль за счет автоматизации производства и масштабного использования вольнонаемного труда, уделяя этим вопросам особое внимание.

С 1825 по 1860 год было построено 70% дорог с твердым покрытием, а в 1843 году начато строительство Николаевской железной дороги.

Цензор

Новый цензурный устав, запрещавший издание любых материалов, подрывавших авторитет существовавшего монархического строя, был опубликован в 1826 году. В народе он получил название «чугунного», вероятно, потому, что в нем невозможно было отыскать ни одной лазейки. Жесткой цензуре подвергалась не только художественная литература, но и учебники.

Широко известен абсурдный случай, когда к печати был запрещен учебник арифметики, в одной из задач которого выявили «подозрительное» троеточие между цифрами. Под нож цензоров попадали не только авторы-современники.

Председательствующий цензор Батурлин, например, предлагал исключить из акафиста Покрова Богородицы следующие строки: «Радуйся, незримое укрощение владык жестоких и звероподобных».

Через два года был выпущен чуть более лояльный вариант «чугунного» устава, который ограничивал проявления субъективности цензоров, но, по сути, не отличался от прежнего.

Ревизор

Другим делом жизни Николая Павловича стала борьба с вечной русской проблемой – коррупцией. Впервые при нем начали проводиться ревизии на всех уровнях. Как писал В. Ключевский, император частенько сам выступал в роли ревизора: «Бывало, налетит в какую-нибудь казенную палату, напугает чиновников и уедет, дав всем почувствовать, что он знает не только их дела, но и их проделки».

Борьба с расхищением госсобственности и злоупотреблениями велась как Министерством финансов во главе с Егором Канкриным, так и Министерством юстиции, которое на законодательном уровне следило за тем, насколько рьяно губернаторы наводят порядок на местах. Однажды по поручению императора был составлен список губернаторов, которые не берут взятки.

В России таких нашлось только двое: ковенский губернатор Радищев и киевский Фундуклей, на что император заметил: «Что не берет взяток Фундуклей — это понятно, потому что он очень богат, ну а если не берет их Радищев, значит, он чересчур уж честен».

По свидетельствам современников, Николай Павлович часто закрывал глаза на мелкое взяточничество, заведенное издавна и широко распространенное.

А вот за серьезные «проделки» император наказывал по всей строгости: в 1853 году перед судом предстали более двух с половиной тысяч чиновников.

Крестьянский вопрос

Радикальных мер требовал и так называемый «крестьянский вопрос». Император понимал, что народ ждет от него решений. Промедление могло привести к тому, что рванул бы пороховой погреб под государством. Император сделал многое для того, чтобы облегчить жизнь крестьян, упрочив стабильность империи.

Был установлен запрет на продажу крестьян без земли и с «раздроблением семейства», а также ограничено право помещиков ссылать крестьян в Сибирь. Указ об обязанных крестьянах впоследствии был положен в основу реформы по отмене крепостного права. Историки В. Ключевский, Н. Рожков и А.

Блюм указывали, что впервые было сокращено количество крепостных, доля которых, по разным оценкам, уменьшилась до 35-45%.

Улучшилась жизнь и так называемых государственных крестьян, которые получили собственные земельные наделы, а также помощь в случае неурожая от повсеместно открытых вспомогательных касс и хлебных магазинов. Рост благосостояния крестьян позволил на 20% увеличить доходы казны.

Впервые была реализована программа массового образования крестьянства: к 1856 году открылись почти 2000 новых школ, а количество учащихся с полутора тысяч человек в 1838 году возросло до 111 тысяч.

По мнению историка Зайончковского, у подданных императора Николая I могло создаться впечатление, что «в России наступила эпоха реформ».

Законодатель

Еще Александр I подчеркивал, что закон един для всех: «Коль скоро я себе дозволяю нарушать законы, кто тогда почтет за обязанность наблюдать их?» Однако к началу XIX века в законодательстве царила полная неразбериха, которая зачастую приводила к беспорядкам и судебным злоупотреблениям.

Следуя собственной установке не менять существующий порядок, Николай поручает М. Сперанскому провести кодификацию российских законов: систематизировать и закрепить законодательную базу, при этом не внося изменений в ее содержание.

Попытки унификации законодательства предпринимались и до Николая I, однако по-прежнему единственным сборником, который охватывал всё русское право, оставалось Соборное уложение 1649 года.

В результате кропотливой работы было составлено Полное собрание законов, затем издан «Свод законов Российской империи», куда вошли все действующие законодательные акты. Однако непосредственно кодификация, которую Сперанский планировал осуществить на третьем этапе работы, а именно создать Уложение, в котором бы старые нормы были дополнены новыми, не нашла поддержки у императора.

Николай I, пожалуй, был первым правителем России, у которого была чудовищная репутация в Европе.

Именно в его правление Российская империя заработала такие эпитеты, как «тюрьма народов» и «жандарм Европы», закрепившиеся за нашей страной на многие десятилетия.

Причиной тому было активное участие Николая в европейской политике. Монарх считал своим долгом противостоять «бунтарскому хаосу», который творился в 1830-1840 годы — время революций в Европе.

В 1830 году Николай принял решение направить польские войска в составе русского корпуса на подавление революции во Франции, что вызвало восстание в самой Польше, часть которой входила в состав Российской империи.

Повстанцы объявили династию Романовых вне закона, сформировали временное правительство и силы самообороны. Восстание поддержали многие европейские страны: в ведущих британских и французских газетах началась травля Николая и самой России. Однако император жестко подавил все выступления.

В 1848 году он отправил войска в Венгрию, чтобы помочь Австрии подавить венгерское национально-освободительное движение.

В правление Николая Павловича, пожалуй, впервые была предпринята осознанная попытка России отстаивать свои геополитические интересы. Императора считали покровителем балканских славян и греков за поддержку этих народов в их борьбе за независимость от Турции.

Первая половина царствования Николая I отмечена рядом крупных военных успехов. По Туркманчайскому соглашению двухлетняя война с Персией завершилась присоединением Нахичеванского и Эриванского ханств.

Результатом Адрианопольского мирного договора Русско-турецкой войны 1828-1829 годов стало включение восточного побережья Черного моря в состав Российской империи.

Подавление польского восстания в 1831 году позволило включить Польшу в состав империи и отменить конституцию 1815 года.

Император был вынужден продолжать затянувшуюся войну на Кавказе и вступить в новую — Крымскую, которая изрядно потреплет казну (дефицит будет восполнен только через 14 лет после окончания войны).

По условиям мирного договора в Крымской войне Россия потеряла Черноморский флот, правда, Севастополь, Балаклава и ряд других крымских городов были возвращены в обмен на крепость Карс.

Война дала толчок к экономическим и военным реформам, проводимым уже после Николая I.

Император, ранее отличавшийся отменным здоровьем, в начале 1855 года неожиданно простудился.

Он подчинил свою жизнь и уклад вверенного ему «механизма» простому регламенту: «Порядок, строгая, безусловная законность, никакого всезнайства и противоречия, всё вытекает одно из другого; никто не приказывает, прежде чем сам не научится повиноваться; никто без законного обоснования не становится впереди другого; все подчиняются одной определённой цели, всё имеет своё предназначение». Умирал он со словами: «Сдаю мою команду, к сожалению, не в том порядке, как желал, оставляя много хлопот и забот».

Источник: https://labuda.blog/54795

Ссылка на основную публикацию