Мартин борман – серый кардинал третьего рейха — тайны и факты

Куда пропал Мартин Борман?

ПодробностиКатегория: Рассказы,историиОпубликовано 15.11.2013 12:46Автор: Klim_PodkovaПросмотров: 3870

Борман-одна из ключевых фигур III рейха. Долгое время его судьба после 1945 года была загадкой. Как же сложилась судьба начальника партийной канцелярии НСДАП?

Осужденный заочно

В ночь с 15 на 16 октября 1946 года в г. Нюрнберге, в спортивном зале местной тюрьмы, были повешены приговоренные международным военным трибуналом к смерти 10 нацистских преступников.

После казни последнего в зал внесли носилки с телом Геринга, принявшего накануне казни цианистый калий. Трупы были кремированы, прах развеяли по ветру. Но всего трибуналом к повешению были приговорены 12 человек.

Мартина Бормана не было на скамье подсудимых, он был судим и приговорен к смерти заочно.

Бежать!

После самоубийства Гитлера и смерти четы Геббельс, главным действующим лицом в фюрербункере стал Борман. 1 мая последние обитатели бункера, собравшись вместе и посовещавшись, решили, разбившись на мелкие группы по 5–10 человек, идти на прорыв.

Посылавшие на гибель десятки тысяч солдат, призывавшие подростков из «Гитлерюгенд» и стариков из фольксштурма отдать свои жизни во имя величия Германии, сами бонзы III рейха отнюдь не собирались умирать.

Срывая знаки различия, переодеваясь в гражданскую одежду, без оружия, с поддельными документами они намеревались в суматохе боев выйти из Берлина и затеряться в хаосе разоренной Германии. В ночь с 1 на 2 мая в составе одной из таких групп ушел и Мартин Борман.

Предварительно он дал телеграмму новому рейхспрезиденту Германии Карлу Деницу о своем скором прибытии. Он не сомневался, что спасется и рассчитывал продолжить свою политическую карьеру. Здесь следы Мартина Бормана теряются.

Первые поиски

В октябре 1945 года начался первый официальный розыск Бормана. Найти нацистского преступника и доставить его в Нюрнберг к уже ожидавшим суда «подельникам» было поручено британскому майору Ричарду Хортину. Распоряжением Хортина были отпечатаны 200.

000 листовок с фотографией находящегося в бегах бывшего рейхсляйтера. Объявления о розыске печатались в газетах, звучали по радио. Шли дни, недели, пролетали месяцы, но место на скамье подсудимых, зарезервированное за Борманом, оставалось пустым.

Показания Артура Аксмана

В конце 1945 года был арестован Артур Аксман, руководитель «Гитлерюгенд». Среди прочего, он рассказал, что покинул бункер с группой, куда, кроме прочих, входил и Борман. Под грохот снарядов, отряд двигался по горящим улицам Берлина по направлению к Шпрее, в пути распадаясь на более мелкие группы, разбегавшиеся в разные стороны.

К реке подошли уже трое: Борман, личный врач Гитлера Штумпфеггер и сам Аксман. Здесь группа снова разделилась: Борман и Штумпфеггер пошли на восток, а Аксман – на запад. Очень скоро Аксман нарвался на советских солдат и, не сумев просочиться между ними, повернул назад, и двинулся по маршруту, который ранее избрали Борман и Штумпфеггер.

Недалеко от станции Лертер он наткнулся на их тела. Оба были мертвы.

Борман, гибнущий многократно

Показания Аксмана о гибели «серого кардинала III рейха» Бормана и его спутника не были единственными. Бормана прошивало пулеметной очередью, разрывало снарядом, он гиб с оружием в руках, сражаясь за тысячелетний рейх.

При таком обилии свидетельств о гибели, поверить в его действительную смерть было сложно.

Трудно было принять, что носитель высших секретов нацистской Германии, владеющий тайной «золота партии» мог просто погибнуть от шальной пули или снаряда на улицах Берлина.

Версии

Вскоре следы Бормана стали находить по всему миру. Его видели в Северной Италии, Латинской Америке, Чили, Аргентине, Австралии, Испании, Испанском Марокко, Египте, Баварии, Чехии, Дании. Десятки людей заявляли, что не просто видели, а общались с выжившим Борманом.

Появлялись публикации, уверявшие, что Борман был английским шпионом, после войны жил и умер в Лондоне. Рейнхард Гелен, один из руководителей армейской разведки, в своих мемуарах утверждал, что Борман работал на советскую разведку, был тайно вывезен в СССР, умер в Москве.

«Охотники за нацистами» проверяли каждый слух, каждое заявление. Не осталось без внимания и свидетельство Аксмана. Были найдены свидетели, захоронившие в мае 1945 года в районе станции Лертер два трупа, при одном из которых были найдены документы на имя Штумпфеггера.

С целью проверки этих показаний в 1965 году в указанном месте были проведены раскопки, но захороненные тела найдены не были.

Находка 1972 года

В конце 1972 года в ходе проведения дорожных работ в районе станции Лертер были обнаружены два скелета. Работы тут же остановили. Останки бережно извлекли из земли и отправили в институт судебной медицины. Очень быстро «скелет № 1» идентифицировали как принадлежащий Штумпфеггеру. Совпали антропологические данные: рост, следы былых переломов костей.

После сравнения схемы челюстей Штумпфеггера, взятой из его личного досье с черепом «скелета № 1», было однозначно установлено, что останки одного из найденных принадлежат бывшему личному врачу фюрера Штумпфеггеру. Идентифицировать «скелет № 2» как принадлежащий Борману оказалось гораздо сложнее: отсутствовал мост на 3-х передних зубах.

Землю на месте раскопок просеивали через сито. 12 марта1973 года мост и несколько недостающих зубов были найдены. Они идеально ложились в схему челюстей Бормана. Последние сомнения были развеяны в 1998 году, когда один из сыновей Бормана, Мартин Борман-младший, предоставил свою кровь для проведения генетической экспертизы.

ДНК-анализ доказал родство Мартина Бормана-младшего и человека, чей скелет был найден в декабре 1972 года близ станции Лертер.

Конец «серого кардинала»

Мартин Борман не умер с оружием в руках, не погиб в бою. В зубах скелета экспертами были обнаружены следы стекла. Это были остатки одной из ампул с цианистым калием, которые Гитлер раздавал своим приближенным в бункере в последние дни апреля 1945 года.

Не видя возможности вырваться из агонизирующего Берлина, Мартин Борман около трех часов утра 2 мая 1945 года воспользовался «подарком» любимого фюрера.
16.08.1999 года останки нацистского преступника были кремированы, пепел развеяли в нейтральных водах Балтийского моря.

Поиски нацистского преступника Мартина Бормана были официально прекращены. Мертвец не воскреснет!

Источник: http://atz-box.ru/stati/zagadki-i-tainy/2353-kyda-propal-martin-borman.html

Мартин Борман: «серый кардинал» третьего рейха

Предрассветная мгла еще не рассеялась над долиной Эльзаса, а колонны германских пехотных частей уже выступили к Кольмару навстречу войскам западных союзников антигитлеровской коалиции. Легкая дымка утреннего тумана скрывала раскинувшиеся на склонах гор виноградники.

Лишь кое-где угадывались силуэты строений — то ли развалины древних замков и крепостей, то ли дома местных крестьян-виноделов, то ли недавно построенные укрепления.

На исходе лета вермахт начал подготовку к предстоящей битве: к тому времени стало ясно, что наступление войск союзников во Франции остановить не удастся, и третий рейх приступил к лихорадочному возведению оборонительной «линии Зигфрида» близ рубежей Германии.

https://www.youtube.com/watch?v=dT_7c2QWhUs

Через Кольмар — крепость, исстари пользовавшуюся заслуженной славой и превратившуюся в живописные развалины еще во времена юности Жанны д'Арк, — пролегла дорога от военного аэродрома в Страсбург, по которой мимо шагавших навстречу батальонов ранним утром 10 августа 1944 года несся черный «мерседес».

Прохладный ветер отчаянно трепал укрепленные на капоте штабного автомобиля флажки СС со свастикой, свидетельствовавшие о высоком ранге пассажира.

Последний же, занятый мыслями о предстоящем совещании, совершенно не обращал внимания на восхитительные пейзажи, которыми природа щедро наделила благодатный эльзасский край.

Директор промышленной корпорации «Гермадорф и Шенбург» доктор Шейд, удостоенный почетного звания [4] обергруппенфюрера СС, въехал в Страсбург, едва первые прямые лучи солнца упали на крыши домов.

Названия улиц — французские, магазинов — немецкие: за многие века Эльзас и Лотарингия, многократно переходившие от Франции к Германии и обратно, стали двуязычными.

Штабной «мерседес» медленно пробрался по узким улицам старинного города к гостинице «Мезон Руж», где должна была состояться встреча Шейда, уполномоченного Мартина Бормана, с представителями крупнейших промышленных и финансовых корпораций третьего рейха.

Рейхсляйтер НСДАП напутствовал своего посланца словами: «Надо понимать, что победить в этой войне невозможно. Поэтому лидерам германской экономики следует сохранить свои капиталы, дабы впоследствии вернуться и восстановить прежние позиции. Итогом этой встречи должны стать шаги, которые определят послевоенное будущее Германии».

Такой вывод Мартин Борман сделал в конце 1943 года, когда рухнули стратегические планы главарей третьего рейха, надеявшихся заставить Москву вступить в переговоры.

В конце 1942 года стало очевидно, что Германии явно не хватало ресурсов для ведения длительной войны против Советского Союза.

Поэтому Гитлер, во-первых, планировал создать мощный военный кулак вблизи украинско-российской границы и взять реванш за сокрушительное поражение под Сталинградом, полагая, что крупная победа летом 1943 года позволит ему закрепиться на рубеже Украины.

Во-вторых, шеф гестапо Генрих Мюллер уже более полугода вел небывалую по масштабам радиоигру, стремясь посеять раздор в стане союзников по антигитлеровской коалиции.

Гестаповцам удалось раскрыть широкую сеть (более ста агентов и шесть радиопередатчиков) советской разведки, деятельность которой охватывала несколько европейских государств, оккупированных фашистской Германией.

Гитлер и Борман надеялись рассорить русских с их западными союзниками. Они полагали, что подозрительность первых заставит американцев и англичан поспешить с открытием второго фронта.

В 1943 году вермахт располагал значительными силами в Западной Европе и мощной, глубоко эшелонированной противовоздушной обороной. Нацистские главари [5] не без основания полагали, что им хватит сил сбросить десант противника в океан.

Читайте также:  Македония - тайны и факты

В-третьих, существенное значение имел тот факт, что германский флот успешно вел битву за Атлантику, нанося сокрушительные удары по караванам судов, осуществлявших поставки в Советский Союз техники по ленд-лизу.

Узнав о существовании кодированной прямой связи между Вашингтоном и Лондоном, Борман поручил Мюллеру сформировать внутри гестапо особый отдел дешифровки, занимавшийся исключительно этой проблемой.

Рейхсляйтер НСДАП финансировал все необходимые исследования из партийного фонда и не жалел средств на создание техники, которая позволяла бы незамедлительно получать сверхсекретную информацию, известную лишь высшему политическому и военному руководству США и Великобритании.

В итоге немецким техникам удалось создать столь необходимый дешифратор, и в 1942 году среди холмов на побережье Голландии был построен специальный радиокомплекс, позволявший вести перехват и дешифровку сообщений западных союзников.

Расчеты Гитлера зиждились на том, что после провала второго фронта Рузвельт и Черчилль проиграют выборы в своих странах и на смену им придут менее решительные политики. Итогом стал бы развал коалиции.

Потеряв поддержку союзников и встретив непреодолимую оборонительную систему на подходах к Украине, Сталин, по их мнению, должен был согласиться на переговоры, в результате которых Гитлер планировал оставить за собой Прибалтику, Украину и Белоруссию.

Передышка позволила бы расправиться с англичанами и накопить силы для нового рывка на Восток.

Однако германское контрнаступление под Курском полностью провалилось и превратилось в новое сокрушительное поражение. Один из арестованных советских агентов сбежал и, добравшись до законсервированного передатчика, сообщил в Москву о провале разведывательной сети и о радиоигре Мюллера, — планы рассорить союзников пошли прахом.

Англичане же, столкнувшись с чрезвычайной оперативностью германских субмарин, топивших даже [6] конвои, несколько раз резко менявшие курс согласно вновь поступавшим приказам, догадались о наличии станции радиоперехвата и сумели обнаружить ее.

В 1943 году расположенный в Голландии радиокомплекс был уничтожен в результате массированного налета британской авиации.

«Теперь уже никто не согласится на мирные переговоры с нами», — заключил Гитлер в конце 1943 года.

К тому времени Борман уже заручился согласием крупнейших германских промышленников и финансистов в осуществлении плана подготовки «четвертого рейха» — плана послевоенного возрождения Германии. Он изолировал Гитлера от своих главных конкурентов и бдительно оберегал свое привилегированное положение при фюрере.

Поняв, что будущее не сулит хозяину благоприятной перспективы, Мартин Борман приступил к закладке фундамента собственного рейха. Талантливый организатор и опытный финансист, он намеревался взять реванш в послевоенной битве на финансовом фронте. К лету 1944 года были определены основные методы маскировки германских капиталов и каналы перевода их за рубеж.

Главенствующую роль партии и лично Мартина Бормана никто не ставил под сомнение, ибо только этот человек, сконцентрировавший в своих руках всю реальную власть в государстве, мог по собственной воле решать, кого вознаградить наибольшим набором прав и привилегий для подготовки к «жизни после смерти». Его проект сулил гигантам вроде империй Круппа и «И. Г.

Фарбениндустри» радужные перспективы в послевоенной Европе.

Конечно, многие крупнейшие корпорации могли сберечь значительную часть своих богатств и без поддержки Бормана. Несмотря на закон об ограничении экспорта капитала, они умудрялись так закамуфлировать свои операции, что являлись фактическими владельцами многих фирм и банков в нейтральных государствах.

Формально во главе подобных фирм стояли граждане этих стран, но реально контрольные пакеты акций (или предприятия целиком) принадлежали германским корпорациям. Особых успехов на этом поприще добилась «И. Г. Фарбениндустри».

Президент последней Шмиц стал личным консультантом Бормана [7] в подобных операциях и получил почетное звание «тайного советника» НСДАП.

После покушения на жизнь Гитлера (20 июля 1944 года) рейхсляйтер НСДАП решил, что медлить более недопустимо: при значительно возросшей вероятности возникновения непредсказуемых осложнений темпы экспорта германского капитала были явно недостаточными, следовало резко усилить эту кампанию.

Согласно приказу Бормана, Шейд объявил на совещании в Страсбурге о том, что отныне закон о запрете экспорта капиталов не распространяется на флагманы германской экономики.

Кроме 750 зарубежных фирм, куда НСДАП осуществляла перекачку денег централизованным образом, каждой корпорации следовало самостоятельно организовывать подобные «убежища» в нейтральных государствах.

Филиалы германских фирм за рубежом предстояло преобразовать в предприятия, формально принадлежавшие гражданам этих стран (например, в Скандинавии наиболее известными из таковых являлись «Сименс» и «Бош»). «Отмытые» таким образом капиталы под видом инвестиций нейтральных государств поступали на международный финансовый рынок и шли даже на вложения в американские фирмы (путем приобретения акций на бирже Нью-Йорка).

Почти неизвестный широкой общественности Германии, тщательно скрывавшийся в тени фюрера, рейхсляйтер НСДАП Мартин Борман сконцентрировал в своих руках почти все рычаги реальной власти.

Руководство страной он осуществлял через подчиненных ему местных партийных лидеров — гауляйтеров, формально обладавших определенной долей независимости от центральных органов. Став доверенным слугой фюрера, Борман умело воспользовался возможностью от его имени управлять деятельностью министров.

Узурпировав право готовить доклады для Гитлера по всем вопросам не только партийного, но и государственного управления, рейхсляйтер НСДАП тонко манипулировал фюрером, терпеливо добиваясь своих целей.

В итоге Мартин Борман стал могущественнейшим серым кардиналом в истории XX века: действуя от имени нацистского вождя, он почти никогда не брал на себя персональную ответственность [8] за принятие решений, вынуждая других руководителей издавать и подписывать нужные ему приказы и законы.

Лишь изредка его виза, свидетельствовавшая об одобрении партией тех или иных действий, появлялась на документах государственного и политического значения.

Обычно на его формальной поддержке настаивали в тех случаях, когда речь заходила о бесчеловечной политике геноцида в отношении «низших рас» (даже такие отъявленные палачи, как Гиммлер, Гейдрих и Эйхман, стремились разделить с кем-нибудь ответственность за ужасные преступления). Главный кабинетный убийца, творивший свои преступления, не выходя из-за письменного стола, никогда не видел воочию никого из миллионов своих жертв, представавших перед его взором лишь в виде безликих цифр в отчетах подчиненных.

Восхождение подобных личностей к вершинам власти в разные эпохи складывается по-разному, но всегда таит в себе угрозу человечеству. Трудно сказать, кто и где, укрывшись под сенью неизвестности, вновь вынашивает сегодня замыслы о мировом господстве и готовит новые беды всей планете.

Эта книга — об одной из самых таинственных и страшных личностей в истории третьего рейха — Мартине Бормане. Его совсем не знали в стране, но влияние партайгеноссе ощущалось повсюду.

Похоже, его интриг опасался даже Гитлер. Его имени не было в списках казненных и заключенных в тюрьму по приговору Нюрнбергского трибунала. Его вообще потом нигде не было… Борман исчез.

Растворился вместе с миллионами партии. [9]

Юноше еще не исполнилось и девятнадцати лет, а он уже сумел достаточно хорошо разобраться в ситуации, чтобы не опасаться за последствия столь решительного поступка.

Конечно, в прежние времена, когда подобное считалось позором и свежи были в памяти победы, следовавшие одна за другой, и торжествующие толпы маршировали по улицам, распевая патриотические песни; когда об успехах возвещали звоны колоколов и экстренные выпуски газет; когда он, как и все его сверстники, торопил время, мечтая поскорее получить диплом и записаться добровольцем в армию, — тогда ему грозил бы расстрел.

Источник: http://booksonline.com.ua/view.php?book=89698

Книга Мартин Борман: «серый кардинал» III рейха. Содержание — Из небытия

Из небытия

Разбирательство дела Бормана на Нюрнбергском процессе еще продолжалось, а уже поступило заявление его личного шофера Якоба Гласа о том, что он недавно видел бывшего рейхсляйтера на улице Мюнхена.

Следующим сообщением подобного рода стало выступление в печати немецкого писателя Генриха Линау, утверждавшего, что случайно столкнулся с Борманом в поезде Гамбург — Фленсбург. Затем сведения подобного рода стали появляться довольно часто — каждый «открывал» своего Бормана.

Новые показания и свидетельства то и дело будоражили мировую прессу, вызывая к жизни все новые и новые версии о послевоенной судьбе рейхсляйтера, но со временем забывались.

Впрочем, Борман был не единственной крупной фигурой третьего рейха, канувшей в неизвестность.

Бесследно исчезли многие опаснейшие преступники: шеф гестапо Генрих Мюллер, проводивший широкомасштабную программу медицинских экспериментов над заключенными Освенцима врач-изувер Менгеле, возглавлявший отдел гестапо по решению «еврейской проблемы» Эйхман, лионский палач Клаус Альтман-Барбье…

В списке разыскиваемых нацистских преступников, составленном союзниками по антигитлеровской коалиции, числилось более ста семидесяти тысяч фамилий. Многие из этих нелюдей так и не были найдены. [452]

Как же исчезла в последние месяцы войны целая армия убийц? Длившиеся много лет исследования привели к несомненному выводу: к масштабным операциям по укрывательству «цвета» нацистской Германии был привлечен ряд могущественных организаций. Первой в этом ряду следует назвать «организацию бывших членов СС» (ОДЕССА).

Не подлежит сомнению, что Мартин Борман проявил себя великим мастером невидимой конспиративной борьбы. Много лет он крепко держал в своих руках власть в фашистской Германии, терпеливо играя роль верного слуги.

В лице подручных Мюллера и Калътенбруннера Мартин Борман заполучил хорошо подготовленную, отлично вышколенную армию профессиональных конспираторов и детективов, обладавших богатым опытом проведения тайных операций.

Секретные службы третьего рейха наладили широкий спектр каналов вывоза людей и капиталов за рубеж, из которых руководители этих операций могли выбрать средства и методы, наилучшим образом подходившие для тех или иных конкретных случаев.

Читайте также:  Река конго - тайны и факты

Эти ведомства располагали мощной технической базой и отменными мастерами сыска и разведки, умевшими не только распутывать чужие следы, но и заметать свои.

В 1944 году технические эксперты СС приступили к осуществлению программы массового изготовления высококачественных подделок — фальшивых паспортов разных стран.

Во многих странах (прежде всего в Южной Америке) нацисты установили тесные связи с местными властями, и для высокопоставленных особ и наиболее «ценных» специалистов с помощью полицейских служб других государств были подготовлены бланки подлинных документов, в которых, естественно, фигурировали вымышленные имена.

Часть охваченных программой Бормана людей осталась в Европе. Сменив имена и места жительства, [453] они либо «легли на дно» в западных областях самой Германии, либо осели в тихих уголках нейтральных стран.

Всех эмигрантов агенты СС прежде всего переправляли в нейтральные страны: по суше — через горные перевалы в Швейцарию, Италию и Испанию; морем — практиковалось как использование гражданских судов, так и высадки с подводных лодок — в страны Скандинавии и Средиземноморского побережья; по воздуху — пока авиация союзников не перекрыла воздушные коридоры.

Далее запутать следы было проще. На иностранных кораблях беглецов отправляли в дальние плавания к берегам Южной Америки, иногда — в страны Ближнего Востока или Юга Африки.

Капиталы и людей, которых следовало вывезти с минимальным риском разоблачения, отправляли в Южную Америку или в Японию на подводных лодках. В месте назначения грузы и людей обычно уже ждали и встречали.

К концу войны Германия еще обладала мощным подводным флотом, состоявшим приблизительно из двухсот субмарин, в числе которых было около тридцати подводных лодок нового типа. Последние проходили без дозаправки 31 500 миль со скоростью десять узлов в погруженном состоянии и могли принять на борт до 252 тонн груза.

Известно, что с 1943 года эти субмарины совершали частые походы в Японию и Южную Америку. Согласно показаниям Отто Вермута, командира подводной лодки U-530, с 1943 года в Аргентину регулярно ходили субмарины с бортовыми номерами U-34, U-239, U-530, U-547, U-957, U-977 и U-1000.

В последние месяцы войны в доках Швеции была спущена субмарина под номером U-313. Как выяснилось, она ушла от берегов развалившегося третьего рейха 9 мая 1945 года. Через полтора месяца она вошла в Рио-Негро, где незадолго до окончания войны немецкая колония закупила около ста гектаров земли вдоль побережья.

Очевидно, на [454] этой лодке в Аргентину прибыли высокие чины фашистской Германии, ибо их встречали руководители ОДЕССА — бывший генерал фон Аллен и бывший штурмбаннфюрер СС Швенд (последний стал казначеем нацистской подпольной организации в Южной Америке).

После окончания второй мировой войны у побережья Южной Америки был замечен целый «косяк» субмарин — поодиночке, по две, а то и по три они появлялись близ немецких колоний. В районах всплытия подводных лодок несколько раз находили на берегу предметы аквалангистского снаряжения германского производства.

Важнейшим каналом исхода нацистских преступников из Германии стала католическая церковь. Среди части высшего духовенства антисоветские настроения были настолько сильными, что толкнули многих священников на союз с гитлеровцами, в которых святые отцы увидели союзников в борьбе с коммунистическим атеизмом.

Разгромленные, фашисты казались им теперь меньшим злом, чем победители-большевики. Одной из центральных фигур профашистского течения в католицизме являлся епископ Алоис Гудал, еще в 1936 году в одной из своих статей утверждавший: «Против большевизма и коммунизма существует только одно средство — уничтожение».

В конце войны он возглавлял институт «души святой Марии», структуру которого использовал для укрывательства нацистов.

По сведениям западных исследователей, епископ Гудал выдал фальшивые иностранные паспорта и удостоверения сотням нацистов, в том числе двенадцати крупнейшим военным преступникам — таким, как глава фальсификационного отдела СС Швенд и воздушный ас Рудель.

Весной 1947 года американский дипломат в Риме Винсент ла Виста подготовил секретный доклад (содержание было предано гласности в середине восьмидесятых [455] годов), неопровержимо доказывавший, что Ватикан был крупнейшей организацией, занимавшейся перевозкой за рубеж беглых нацистов.

Участвовавшие в таких операциях священники обеспечивали преступников поддельными паспортами, укрывали в монастырях, подготавливали маршруты передвижений. Подобным образом заслуженной кары избежали десятки тысяч гитлеровских палачей. Осуществляли эту работу специально созданные Ватиканом «комитеты».

Осведомленность американской стороны удивления не вызывает, поскольку стратегическая разведка Соединенных Штатов УСС (Управление стратегических служб, позднее преобразованное в ЦРУ) создала разветвленную агентурную сеть в Италии, причем особое внимание уделялось внедрению агентов в структуры католической церкви.

Более того, начиная с 1943 года, когда стал очевиден перелом в ходе войны между фашистской Германией и Советским Союзом, когда советские войска стали неумолимо теснить захватчиков, западные стратегические спецслужбы пересмотрели свои задачи во второй мировой войне.

Теперь уже речь шла о послевоенных перспективах, и в высших эшелонах власти западных союзников больше думали о том, чтобы раньше русских добраться до военных технологий и ведущих ученых Германии.

Цинизм принципов стратегической разведки состоял в том, что ради обладания секретными данными и использования «опыта» изуверов и убийц она готова была спасти от возмездия преступников, повинных в гибели миллионов людей, не говоря уже о перспективах использования огромных богатств нацистов, разграбивших развитые страны Европы.

Источник: https://www.booklot.ru/genre/dokumentalnaya-literatura/biografii-i-memuaryi/book/martin-borman-seryiy-kardinal-III-reyha/content/3862498-iz-nebyitiya/

Павленко Павел Петрович — Мартин Борман: «серый кардинал» III рейха, Страница 17, Читать книги онлайн

Мюнхенская федеральная торговая комиссия хотела бы квалифицировать «Фонд пособий» как субъект налогообложения, подконтрольный государственной аудиторской палате, и не оставляла попыток принудить НСДАП платить налоги с внутрипартийных сборов.

Чтобы отстоять независимость фонда, Борман воспользовался услугами Генриха Гейма — молодого адвоката из мюнхенской адвокатской конторы Гитлера, которую возглавлял Ганс Франк, впоследствии ставший генерал-губернатором оккупированной Польши.

Франк же высокомерно отказался беседовать с клерком средней руки; шеф кассы взаимопомощи затаил обиду — он умел ждать своего часа.

С помощью подготовленных адвокатом документов Борман убедил власти в том, что благодаря особому статусу «Фонд пособий» открывает лазейку в законе, и правительство не вправе осуществлять надзор за финансовыми операциями Бормана. Среди партийных боссов укрепилось мнение о Бормане как о превосходном специалисте в области страхования.

Работа в «Фонде пособий», пусть успешная, не обеспечивала Борману популярности в широких партийных кругах наравне с нацистскими лидерами, произносившими речи на митингах, собраниях и торжественных встречах. Кроме того, стремление [69] НСДАП сохранить в тайне от общественности свои финансовые махинации не позволяло трубить о достижениях Бормана.

До 1933 года лишь однажды «Фелькишер беобахтер» опубликовала маленькую его фотографию с кратким резюме о карьере в рубрике, бегло знакомившей читателя с важнейшими чиновниками «коричневого дома».

Нацистская «старая гвардия» даже не подозревала о феноменальном явлении: человек, практически ничего не смысливший в страховом бизнесе, в сжатые сроки освоил не только прямые, но и обходные пути в новой для него сфере деятельности.

Если бы эта злобная свора сумела правильно оценить появление в своей среде фигуры столь упорной и последовательной, она бы раньше поняла, что такого целеустремленного последователя Гитлер обязательно приметит и не выпустит из поля зрения.

Они же лишь насмехались над тщательно продуманной, дотошно контролировавшей все аспекты дела и плодовитой — к концу 1932 года Борман возглавлял отдел, насчитывавший более ста сотрудников, — бюрократической системой «Фонда пособий» и не заметили, что именно такая организация дела производила наибольшее впечатление на их фюрера. Гитлер не вникал в тонкости тех или иных аспектов практической деятельности, но питал слабость к четким организационным схемам, следил за графиками популярности политических деятелей, предпочитал наглядные отчеты в виде диаграмм и т.д.

* * *

Борман нашел и другой способ держаться в поле зрения Гитлера.

Едва обосновавшись в Мюнхене, он выяснил, что фюрер с особой симпатией и благосклонностью относится к майору времен первой мировой войны, бывшему командиру батальона Вальтеру [70] Буху из Бадена, отпрыску весьма знатного рода, представители которого заслужили известность, занимая ответственные государственные посты.

Бух присоединился к гитлеровской партии еще в 1922 году и во время ноябрьского путча 1923 года маршировал во главе мюнхенских штурмовых отрядов. С тех пор он ни разу не усомнился в своем выборе. Его жена и дети верно следовали за ним и превыше всего ставили интересы отечества и партии.

На рубеже 1928 и 1929 годов Вальтер Бух возглавил комитет, который выступал в роли арбитра во внутрипартийных спорах. Иными словами, он стал верховным судьей НСДАП. Семье Бухов были предоставлены места для почетных гостей на сборище нацистов в мюнхенском «Цирке Кроне». Именно там его девятнадцатилетняя дочь Герда познакомилась с человеком, встреча с которым определила ее дальнейшую судьбу.

Герда была высокой и стройной девушкой, в прелестной головке которой царила несусветная мешанина патриотических клише о верности отчизне и антисемитских теорий Юлиуса Штрайхера, винившего евреев во всех бедах Германии. Она работала воспитательницей в детском саду и вполне комфортно чувствовала себя в окружении стайки ребятишек.

Читайте также:  Система классификации гостиниц, подтверждение бронирования отеля - тайны и факты

Для нее не имел существенного значения тот факт, что Борман оказался на добрых десять сантиметров ниже ее ростом. Трудно сказать, почему именно его Герда Бух отметила в «коричневой» массе лидеров СА, — на общем фоне внешне он выделялся, пожалуй, только изрядно выступавшим животом.

Она досаждала отцу частыми просьбами пригласить в дом «товарища по оружию» Мартина Бормана, но Вальтер Бух не воспринимал всерьез симпатии дочери к толстому коротышке.

В то время Борман еще не задумывался о браке. В партийных кругах было хорошо известно, что он [71] считал это знакомство обычным легким любовным приключением, а такое отношение отнюдь не соответствовало строгим протестантским устоям семьи Бухов.

Бух в конце концов уступил настояниям Герды, но лишь в надежде на то, что молодые люди вскоре поймут, насколько не подходят друг другу.

Даже при беглом сравнении грубоватый, неотесанный Борман, казалось, не имел ничего общего со скромной, благовоспитанной девушкой, которая увлекалась игрой на гитаре, пела народные песни и всякому другому времяпрепровождению предпочитала чтение книг.

Поначалу казалось, что Бух прав. Каждое воскресенье Борман приезжал на своем «опеле» в имение Бухов в Сольме в предместьях Мюнхена. Ничего особенного вроде бы не происходило.

Но в апреле, во время традиционной семейной прогулки, Герда и Мартин немного отстали, и это их свидание наедине резко ускорило развязку. Вернувшись с гулянья, жених официально попросил ее руки. Фрау Бух была довольна.

«Скоро в нашем доме появится свой Мартин», — обрадовалась она, не скрывая своего благоговения перед Мартином Лютером.

Коллективная фотография, датированная сентябрем 1929 года, сделана на свадьбе, прошедшей под знаком свастики: Гитлер и Рудольф Гесс были на ней свидетелями, а шеф СА Пфаффер и прочие лидеры движения штурмовиков — дружками новобрачных; гордый, улыбающийся жених, соответственно духу торжества, облачился в коричневые рубашку и брюки, высокие сапоги и опоясал живот нацистским офицерским ремнем (как и все остальные партийные функционеры, включая Вальтера Буха). Герда предстала вся в белом, в фате и с миртовым венком. Впрочем, невинность, которую символизировали эти детали туалета, к тому времени стала уже достоянием истории: неполных семь месяцев спустя появился на [72] свет их первый сын Адольф Мартин, за которым в семье закрепилось прозвище Кронци — немецкое сокращение от «кронпринц», то есть наследный принц, ибо имя ему дали в честь Гитлера. Нацисты из числа борцов «старой гвардии» злобно и язвительно шутили по поводу сроков его появления на свет. Агроном Вальтер Дарре, который, едва вступив в партию, сразу был объявлен экспертом по сельскохозяйственным и расовым проблемам, слышал от них байку о том, как выскочка из Веймара «убедил наивную и доверчивую Герду, что акт применения «личного мужского оружия» является доказательством серьезного намерения жениться». Для семьи Бухов брачный союз Герды с амбициозным молодым человеком, упорно прокладывавшим себе путь к вершинам НСДАП, казался не худшей сделкой. Для Мартина же этот шаг сулил замечательные перспективы в обозримом будущем.

Вальтер Бух являлся также членом рейхстага. Ему принадлежало одно из мест, завоеванных национал-социалистами на выборах 1928 года. Гитлер был частым гостем в его доме еще до путча 1923 года, и Герда с прилежанием школьницы зачарованно внимала его монологам.

Незадолго до замужества она официально вступила в НСДАП, и Гитлер почтил присутствием эту церемонию, доставив Герде и ее отцу огромное удовольствие и продемонстрировав тем самым свои симпатии к этой семье. Фюрер продолжительное время гостил у Бухов после свадьбы, и тому были веские причины.

Дело в том, что в 1929 году он еще пребывал в некоторой нерешительности и не мог бороться за лидерство в политике государства, ибо не имел тогда твердой программы. Фюрер предпочитал скрываться у близких друзей, в число которых входила и семья Бух.

Здесь он отдыхал, размышлял, проверял реакцию доверенных людей на свои новые лозунги и идеи. Естественно, все, кто принадлежал к этому роду, включая [73] зятя, получили право прямого доступа к вождю партии.

Источник: https://romanbook.ru/book/4035015/?page=17

Павленко Павел Петрович — Мартин Борман: серый кардинал третьего рейха. Читать книгу бесплатно

За первенство среди равных

Завершить расправу над рейхсляйтером Розенбергом не составило для Мартина особого труда. Он даже позволил себе насладиться долгой местью, неспешно добивая обессиленного конкурента, с иезуитской изощренностью выискивая и поражая его самые чувствительные места.

Розенберг, основатель и проповедник путаной философии культуры, не приобрел последователей и оставался в одиночестве.

Гитлер, прочитав лишь начало книги Розенберга Мифы двадцатого века, отложил ее в сторону и отметил, что она не соответствует официальной позиции партии и что само ее название может ввести в заблуждение.

Внутри партии насмехались над речами рейхсляйтера по идеологии и не стеснялись дремать на его выступлениях. В отличие от своих давних соратников, которые не только заработали громкую славу, но и добились определенной реальной власти, Розенберг не добрался до кормушки.

Титул рейхсляйтера остался за ним с тех давних времен, когда еще существовал отдел иностранных дел НСДАП. На международную политику третьего рейха он уже не оказывал ни малейшего влияния.

Фюрер поручил ему надзор за идеологическим образованием членов партии, но эффективность работы этого ведомства была меньше количества документов, которые оно выпускало. [313]

В начале 1940 года Розенберг получил-таки от Гитлера пост уполномоченного по защите национал-социалистской идеологии, однако вряд ли кто-либо в партии серьезно отнесся к этому известию, поскольку полномочия рейхсляйтера не производили достаточного впечатления.

Всего через три недели после начала русской кампании Гитлер по наущению Бормана назначил своего теоретика, который не брал на себя смелость принимать практические решения и был далек от реальности, рейхсминистром оккупированных восточных (советских) земель.

Причина первая: Розенберг был родом из Прибалтики. Причина вторая: это назначение могло послужить компенсацией за обещанное, но не предоставленное Розенбергу место рейхсминистра иностранных дел.

С помощью этих аргументов Борману удалось склонить фюрера к принятию столь странного решения. На самом же деле Мартин преследовал свои цели.

Перед нападением на Советский Союз Гитлера долго терзали сомнения, и Борман убеждал фюрера прислушаться к зову Провидения, которое неизменно указывало ему путь в критических обстоятельствах, восхвалял его интуицию и умение свести воедино все факторы и верно оценить значение всех мельчайших деталей. Гитлер был падок на лесть, и Мартин умело этим пользовался. В высших кругах СС полагали, что предложенная Борманом политика балансирования на грани войны (в ожидании знака) свидетельствовала не только о вторжении рейхсляйтера НСДАП в область милитаристской политики, но и основной двигавший им мотив! о его желании стать наместником в гигантской восточной империи. Не подлежало сомнению: тот, кто получит этот пост после окончательной победы над Советами, окажется вице-королем и наследником трона фюрера. [314]

Еще в апреле 1941 года в высших кругах ломали голову над проблемой: как на новых просторах по мере захвата советских территорий налаживать управление и экономику.

СС и вермахт стремились заполучить в свое распоряжение широкую полосу вдоль линии фронта под предлогом поддержания там достаточно спокойной обстановки. Борман же хотел, чтобы лучший кусок пирога достался партии.

Он небезосновательно полагал: вермахт и СС станут угрожающе влиятельными, если не учредить гражданское правление, ставящее во главу угла достижение политических целей немецкого народа.

Если первые два ведомства предлагали решить вопрос на совещании с фюрером, то Борман настаивал на другом: каждый составляет свой проект и передает его Гитлеру для тщательного изучения (конечно, в последнем случае Мартин обеспечивал себе явное преимущество, ибо имел возможность повлиять на фюрера, с которым его соперники не могли общаться ежедневно){43}.

Истинная причина решения Бормана, остановившего свой выбор именно на Розенберге, состояла в том, что он предпочитал видеть на посту министра восточных территорий не интеллигента, а чокнутого.

К тому же глава партийной канцелярии не сомневался, что будет держать новое ведомство Розенберга [315] под своим контролем. Для этого следовало дать в помощь далекому от реальности теоретику нескольких энергичных практиков.

Этих людей назначил собственным приказом Гитлер, о чем и сообщил на совещании в Вольфшанце в присутствии Ламмерса, Розенберга, Геринга и Кейтеля.

Как обычно, записи на совещаниях, затрагивавших государственные тайны, вел Мартин Борман, и ему оставалось просто присовокупить к протоколу собрания заранее заготовленный список членов НСДАП, которых он счел способными установить жесткий режим на Востоке.

С самого начала Розенберг фактически оказался не у дел, поскольку право выбирать методы и конкретные меры по тем или иным направлениям деятельности нового министерства получили его подчиненные, назначенные самим фюрером.

Северный регион, объединивший Прибалтийские республики, переходил в ведение гауляйтера Шлезвиг-Гольштейна Генриха Лозе человека, по мнению Розенберга, обладавшего врожденной интеллигентностью, но чрезмерно упрямого в делах тривиальных. Борман же отмечал в нем бескомпромиссность и безжалостность к врагу.

Розенберг с явной неохотой согласился на назначение комиссаром Украины гауляйтера Восточной Пруссии Эриха Коха. Борман был в дружеских отношениях с Кохом и хотел поставить этого верного человека на важный пост в новом министерстве.<\p>

106

Источник: http://etextread.ru/Book/Read/59669?nP=105

Ссылка на основную публикацию